Аюваска часть 4

После ритуала у меня достаточно быстро вернулась координация и соображалка. Говорить не хотелось. Находиться на этой опушке дольше тоже. Я сдержано со всеми попрощалась. Мой «коллега» по трипу сидели смотрел в точечку перед собой и сказал, что ему еще надо время, чтобы прийти в себя. Даня тоже остался.

Я обнаружила, что за ночь пропал один шлепанец, а второй нашелся вообще в другом конце полянки. Что происходило ночью с тапочками так и осталось загадкой. Возможно я помню далеко не все, что было той ночью.

Я села на байк и покатила домой.

Очень раздражали громкие звуки и вообще любые стимулирующие штуки. Я закрылась в доме, занавесила шторы и села в углу переваривать все это.

Так, чисто теоретически мне должны были прийти какие-то сверх-откровения и понимания.

Они не приходили.

Я рассчитывала на то, что эта ночь как-то пролечит меня от всего моего травматического опыта, «обнулит», как Путина конституция. Нихрена подобного.

Ближе к вечеру я смогла что-то поесть и лечь спать. На удивление, кошмаров или чего-то подобного не случилось. Было ощущение скорее очень тяжелого дня, большой и тяжелой работы. Смысл которой для меня остался неуловим.

На следующий день я проснулась на том дне депрессии, из которого, как мне казалось, я так героически выползала все эти месяцы.

Следующие два дня прошли в болоте апатии, ненависти к себе и ощущении бессмысленности всего, что я делаю.

Я, блядь, построила что-то вроде карьеры на своем умении выбираться из любого дерьма, что случается. Я ниндзя ментальной работы и у меня черный пояс по работе с собственной психикой. Я знаю, как работать с паническими атаками, отсутствием мотивации и когнитивными искажениями. Я проходила випассану, сотни часов психотерапии, телесно-ориентированные практики, гештальт, психоанализ и россыпь полуэзотерических хреновин. Я проверяла гормоны, похудела на 20 кг и вылечила все хрони, что нашла. Я исправила питание, пропила все возможные курсы витаминов и, блядь, собрала четверть миллионов последователей, которые читают меня, чтобы им было понятнее как жить.

И всего этого мне не хватило, чтобы справиться с собой. Все это помножилось на ноль. Вот где оно – обнуление.

И чего теперь делать? Вешаться? Так на этом блядском острове нет ни одной перекладины, на которой не висело гроздь перекаченных пацанов.

Удавиться хотелось немыслимо. Я хваталась за жизнь из последних душевных сил, которых уже не осталось вообще. Я пыталась придумать себе логических аргументов, почему нужно продолжать жить и зачем. Они не находились. Я падала все глубже в обволакивающую и какую-то очень родную бездну.

Вот теперь я точно могу сказать, что я перепробовала все. От медицины до шаманизма. От КПТ до психоактивных наркотиков. Это типа что – конец?

Мне вспомнился давний мем про перечисление всяких гуру счастливой жизни, что вышибали себе мозги дробовиком в сарае.

На четвертый день оно случилось. Великое и кристальное озарение, что обещали в рекламных буклетах. Ясная и такая простая мысль.

«Тамара, блядь, у тебя многолетняя депрессия, обострившаяся до фазы суицидальных планов. Тебе не кажется, что специалист, который этим занимается, называется психиатр, а не шаман?»

Я лежала на диване и, когда это посетило мою измученную голову, я аж присела.

Бля.

Бля. Бля. Бля.

Это же так просто. У тебя есть заболевание – ты идешь к специалисту. Все мои отмазки по поводу того, что мне не так уж и плохо и это скорее ипохондрия, а не депрессия вот именно сейчас пошли нахуй. Я натурально в таком отчаянии, что пошла жрать наркотики и блевать под пальмой с русским чуваком, который считает, что излечивает рак при помощи мексиканских духов. Если это не пиздец, то тогда что???

На соседний остров в аккурат несколько месяцев назад приехала, спасаясь от войны одна моя подписчица. Врач психиатр. Больше 10 лет стажа. Зав отделением московской психушки. Все максимально серьезно. Мы немного общались в сети. Я пробила ее по интернету, чтобы убедиться, что дипломы у нее не придуманные и лечит она доказательной медициной, а не наложением рук. В тот же вечер собрала рюкзак и уплыла на соседний остров.

Ольга встретила винчиком и хинкалями.

- Эй, как я рада тебя видеть!! Добралась таки!!
- А я вот чот ничему не рада…

Ольга резко посерьезнела. Посадила на диван, взяла блокнот для записей.

- Рассказывай

При сборе анамнеза у повидавшей хуйни Ольги округлялись глаза. Собрали все от детских травм и болезней родственников до того, как часто мне хотелось удавиться за последнюю неделю.

- Мать. С таким букетов вообще чудо, что ты не сторчалась и вообще еще жива
- Есть варик, что это не надолго
- Да щас

По словам доктора сажать на антидепрессанты надо немедленно. Но так как я умница и прежде чем зайти к ней сначала завернула к шаманам, то делать этого нельзя. Как минимум две недели после аюваски ингибиторы серотонина это прямой путь к серотониновому синдрому, а мы пытаемся сделать меня живой, а не наоборот.

- Так. Вот тебе на первую неделю транки. Пей перед сном по полтаблетки.
- Серьезно? транквилизаторы? Чтобы я превратилась в овощ?
- Нет, чтобы ты овощем быть перестала. На АД я тебе рецепт выпишу, в Тае они есть

«Теперь у меня в ад и справка есть, раньше вот без документов пускали» - подумала я невесело.

И уплыла домой. Не смотря на все просьбы Оли остаться у нее. Хотелось в свою нору, залезть под одеяло и оттуда тихонько скулить.

На следующую ночь я выпила полколеса.

Проспала всю ночь, ни разу не проснувшись, не вздрогнув и не слоняясь по дому привидением. Оказывается так можно! На следующий день ходила удивленная.

Выпила еще.

Еще через день появились силы, хотелось двигаться.

Не третий день пошла в зал. Пробежала километр на дорожке, полтора часа хреначила силовые так, что тренер начал опасаться.

- Я возвращаюсь! Я снова жива! – орала я с нездоровым азартом.

То были лучшие несколько дней за тот июль. Я звонила Оле и задыхаясь рассказывала, что в жопу все, не нужны мне антидепрессанты, мне выспаться нужно было. И заглушить весь этот пиздец. Оказывается, транки – это то, что делает меня снова живой! Кто бы мог подумать!

Оля, судя по всему, видавшая эту клиническую картинку десятки раз, просто кивала головой. И говорила «погоди малёк».